Логотип сайта «Михаил Грушевский»
Письмо на сайт
Версия для печати
Лента новостей (RSS)
Красне письменство / Драматические произведения / Прощальный день

Драматические произведения

Прощальный день

Михаил Грушевский

Сцена

Василий Гребченко – молодой человек лет 30, с худощавым, прорезанным морщинами лицом, с острым проницательным взглядом, одевается просто.

Георгий фон Клинце bon vivant, лет 28, одевается хорошо, аристократической наружности.

Действие происходит в прощальный день, вечером. Василий Гребченко сидит на скамейке на ярко освещенной, запруженной публикой улице, погружен в глубокую думу, как видно, нерадостного свойства. Георгий фон Клинце подходит к нему.

Фон Клинце

Василий, bon jour!

Гребченко

А, это ты, фу франт!

(С едва заметным презрением).

Куда собрался щеголем таким?

Фон Клинце

А ты-то

Что голову повесил, брат, хандришь?

Да постыдись, подумай,

Ведь, черт тебя возьми, прощальный день сегодня,

А ты сычем глядишь, на квинту нос повеся.

Гребченко

(несколько помолчав, с горькой иронией).

Да, люди молодцы! Как ловко все они

Умеют чистое, святое все опошлить, загрязнить,

Высокое втоптать в навоз иль обратить в карикатуру!

(Задумчиво).

Прощальный день, прощальный день, как много в этом слове!

Ты вникни, Жорж… да уж куда тебе…

(с презрением)

Фон Клинце

Послушай-ка, mon cher, это уж слишком! Ты…

Гребченко

(также).

Оставь!! О если бы в него ты вникнуть мог!

(Торжественно).

Прощальный день! Нам нужно в этот день

Всю грязь, что к нам за эту глупую неделю

От всех забав и пошлых развлечений

Пристать успела, всю отряхнуть, забыть

Всю суету и пошлость,

Чтобы, друг с другом примиряся, сердцем чистым

Дни скорби, слез и сокрушенья встретить…

Прощальный день!! (С жаром). А вы, как все опошлить

И пошлостью его знаменовать решились,

Стараетесь самих себя в разврате превзойти,

И в этот день все силы напрягнете,

Чтоб что-нибудь пошлей, грязней и ниже попридумать,

И чтоб, проскотничав всю ночь до утра и рассвета,

Сказать, зевая: ндась, mon cher, parole

D’honneur, недурно

Мы провожали мясопуст вчера,

И день прощальный, mon ami, на славу вышел, ндась! Чтобы…

Фон Клинце

(в продолжении монолога Гребченки зевал и, видимо, им тяготился и не слушал).

Прощай, мне некогда, ведь уж десятый час!

(Уходит).

Гребченко

(один, сам с собою).

Ушел, куда и остальные, таков же, как и все!

Вот образец (презрительно) людей, и свет начинен ими;

В нем воли нет, да нет и своего-то ничего;

К добру и к злу равно он не способен, и свет – его кумир.

Что свет проделает, то сделает и он,

Не думая, да думать и не может.

(Горячо).

Да это тряпка ведь, пошляк, болван, все лишь не человек!

(Презрительно).

А впрочем, что ж? Зачем болван,

Нет, человек счастливый!

(Немного помолчав).

Я мимо клуба шел сейчас, по лестнице широкой

Толпы шли дам без головы и франтиков без мозгу,

Девчонок и безусых мальчуганов,

Чтоб упиваться пошлой болтовней,

Кокетничать и наслаждаться

Трепаньем ног, трепаньем языков.

А вон и там еще болванов стадо,

Которые в райке, и в партере, и в бенуаре, креслах

Сидят, довольные собой и тоже все счастливы,

Но что им нравится, не музыка, не пенье ль?

О нет, сияя и смеясь от всей души, они передают скабрезные заметки,

И сплетничают, а после представленья

Пойдут справлять прощальный день

Кто в кабачок,

В публичный дом, и уж тузы на ужин

С актрисою, кокоткою et tutti quantite,

И все они довольны и счастливы

Иль на свои, иль на чужие деньги.

А я… (горячо) о, если б не ценою денег,

Но жизни всей ценой я счастья полного минуту мог купить,

Но что ж, ведь доктор Фауст все отдавал за счастия минуту,

Но все напрасно… Знаю я, что счастье для меня уж невозможно!

А я искал его везде, искал повсюду,

В любви, в науке и в служеньи идеалам,

И что ж – везде лишь пошлость находил, да мелочность и гадость,

И с горечью в минуты этих разочарований

Я вспоминал и юности, и детства годы,

Когда я был счастлив, доволен сам собою,

Тогда я верил в правду и в людей, в науку,

Я верил в жизнь, мечтал и сердце наполнялось

Томительной и сладкою тревогой,

И вот разбились все мои мечты

Об эту кучу сору и навозу,

Которую мы светом называем… О жалкий пошлый свет!

О жизнь мизерная, будь про… Нет, стой, язык,

Остановися, жалкое созданье,

Что, встретишь ли ты смерть без страха и твердо,

Падешь ли ты в объятья смерти, не бледнея?

А, нет, так стой же, не кляни, ничтожное созданье!

О я несчастный, я чувствую, что накрепко привязан

К пустой и пошлой жизни, что все она меня манит…

(Помолчав, горько).

Нет, я не жизнь ненавидеть должен, не людей,

Я ненавидеть должен лишь себя, – да, одного себя!

Вольно ж не захотеть мне было принимать

За золото навоз и капельки росы за бриллианты,

Вольно же не хотеть мне было тешиться иллюзией красивой,

Не захотел я принимать за чистую монету

И в настоящем свете видеть захотел…

И что же? Я смотрел, смотрел – и наконец увидел, Боже, Боже,

Что я увидел, то мучить будет меня до гробовой доски!

(Медленно, задумчиво).

Да, пошлая, пустая шутка жизнь, но шутка злая,

И кто ее посмеет разгадать,

Тому она все сердце разобьет

И до гроба уж тот несчастлив будет! (Уходит, шатаясь).

27.02.1883, Прощальный день вечером в Пансионе


Примітки

Перша публікація: Михайло Грушевський: Із літературної спадщини. – С. 53–56.

Публікується за автографом: ЦДІАК України. – Ф. 1235. – Оп. 1. – Спр. 260 – Арк. 22 зв.–25.

Прощальный день – прощальний (прощенний) день – традиційна назва останньої (сиропусної) неділі перед Великим постом. Згідно з православними канонами, входячи у цей піст, віруюча людина повинна покаятися у гріхах і привселюдно попросити пробачення у тих, кого образила; усі віруючі повинні пробачити своїм кривдникам. Таким чином, кожен повинен увійти у піст з чистим серцем.

ведь доктор Фауст все отдавал за счастия минуту…– тут обіграно крилату фразу доктора Фауста зі знаменитої трагедії Гете «Фауст (1808), відому у російському перекладі як: «Остановись, мгновенье, ты прекрасно!» За безсмертя своєї душі Фауст отримує обіцянку від Мефістофеля, що диявол виконає будь-яке його бажання. Але Фауст остерігається моменту, коли йому вже й бажати буде нічого, і він втратить сенс життя. Тому він просить Мефістофеля, щоб той припинив його земне існування, коли він досягне найвищого щастя, і означить цей свій стан згаданими словами. У ту ж мить Мефістофель повинен забрати його у пекло. Легенда про людину, яка за допомогою Сатани кидає виклик Богові, намагається порівнятися з Творцем, оволодівши таємницями світу й власною долею, – це один із «вічних» сюжетів світової літератури.

Подається за виданням: Грушевський М.С. Твори у 50-и томах. – Львів: Світ, 2011 р., т. 12, с. 337 – 339.

Предыдущий раздел | Содержание | Следующий раздел

Понравилась страница? Помогите развитию нашего сайта!

© 2011 – 2018 Группа разработчиков

Перепечатка статей с сайта приветствуется при условии
ссылки (гиперссылки) на этот сайт

Сайт живет на

Число загрузок : 818

Модифицировано : 15.04.2016

Если вы заметили ошибку набора
на этой странице, выделите
её мышкой и нажмите Ctrl+Enter.